Литературный сайт Сергея Сумина

Алексей Александров родился в 1968 году в г. Александрове Владимирской обл., в 1990-ом закончил Саратовский государственный университет, работает инженером-конструктором.  Член редколлегии литературных журналов «Волга» и «Дети Ра». Редактор альманаха «Василиск» (совместно с Д. Голиным).

Публиковался в журналах «Волга», «Волга – XXI век», «Воздух», «Дети Ра», «Уральская новь», в альманахах «Дирижабль», «Улов: Современная русская литература в Интернете»,  в антологиях  «Время «Ч». Стихи о Чечне и не только», «Нестоличная литература», «Черным по белому», «Девять измерений», «Сквозь тишину: Антология русских хайку, сенрю и трехстиший» и др. изданиях.

***

Живя в провинциальном городке,

Не думаешь о том, что навсегда.

И церковь отражается в реке,

Когда по ней сплавляются суда.

Напоминает тишину больниц

Или другой унылый коридор,

Особенно когда ты из столиц,

Как будто заглянул через забор.

Тревожны, как анализы мочи,

Дни осени и хочется скорей...

А воробьи снуют, как толмачи,

Между пузатых важных сизарей.

В их переводе все - чирик-чик-чик!

У божьих птичек разговор иной,

Бутылки собирающий старик

Засмотрится на площадь у пивной.

***

В привокзальный загиб ударяются рельсы:

Здесь стихийный базар и колбасный ларек.

Приходили варяги расчесывать пейсы,

Приходили монголы, но враг здесь полег.

В силу многих причин окончанье маршрута,

А на подступах только казармы, тюрьма.

Веницейскую дешево купишь бауту

И пойдешь в карнавале имен задарма.

Но когда появляются воины прерий

С ирокезом - диковинкой местной зимы,

Будет стимул дожить, будет повод для прений,

Фейерверк губернаторский, вихрь кутерьмы.

В самом центре вселенной железнодорожной,

Прохудившейся бочки с залатанным дном,

Можно выйти к вокзалу, купить там пирожных,

Выпить кофе в пакетиках, три об одном,

Вспомнить все, позабыв этот рынок замерзший.

Дух вокзальный, пропитанный тряпкой сырой,

Маслом горьким и уксусом в снах прокурорши,

Как из песни Алёша, стоит над горой.

***

Собаки лают далеко от драки,

Уралочка на станции Аткарск,

Где носят на платформу дошираки

И пиво, а теперь ушли в отказ -

За поездом бежать им надоело,

Мороженное догрызать в дыму.

Натоптано, как воробьи на белом.

Не знаешь рассказать кому:

Пакетик чая высох и прилип

Ко дну стакана, черный лес гармошкой

Раздвинул ширму прямо за подножкой

И вырастил в полнеба гриб.

***

Сам собою рождается смерчик,

Будто влаги невидимой ток,

Он с бумагами крутит, как сметчик,

Сквозь июльского дня кипяток.

В школе школ на горе Соколовой

Все в халатиках возле тисков -

Утомительный, пустоголовый,

Ты зарыт, как Саид средь песков,

Сухо ложечку к краю придвинув,

Чай глотаешь и смотришь часы.

Пусть взорвется немедленно мина,

Пар, покинувший точку росы,

Сам собою уже не вернется,

Станет чем-нибудь вроде воды.

Будет вспышка, как белое солнце,

На уроке с названьем "труды".

***

За город выходишь, и тут же Москва

С медведем цыганским, и в носе кольцо,

С гигантским шмелем, поднимающим пыль,

А жирным таким, что винты устают -

И плавает на самотяге ночей.

За город - и кладбище следом за ним.

Сокровище - в теплой, как водка, земле.

В сторожке, где библиотекарь живет,

Никто и не слыхивал об отпусках

(Никто еще не возвращался с югов).

За городом есть теплотрасса в степи,

По ней и течет, разъедая трубу,

Впадая в Каспийское море, река,

Там сказочку для уцелевших крестьян

Морзянкой стучат разводные ключи.

***

В Нижнем на площади - марш несогласных,

В Верхнем на облаке - сон золотой:

Белые слева, а справа за красных

В очередь встали за чистой водой.

Что тебе ангельский лик на знаменах,

Холод от крыльев у них за спиной?

Дети идут по аллеям влюбленных,

Пахнет паленым и ножкой свиной.

Это весна начинает бороться

С плесенью вовремя сгнившей зимы.

Жди теперь ласточек в снах краснофлотца,

Долгой дороги, казенной тюрьмы.

ЗЕЛЕНЫЙ ОСТРОВ

1.

Мутная, как деревенская водка,

Волга качает рыбацкую лодку.

Остров зеленый гниет у корней

Ивы, где трупики фауны местной,

Женщина в позе лежит интересной,

Словно музей впечатлений о ней.

Сверху печет, а у пяток прохладно.

Парус белеет под облаком ватным.

Сытая мушка сидит на виске,

След зарастает во влажном песке.

Все это признаки, хуже - симптомы.

До девяти переправа с Затона,

Солнце шипит на экране цветном,

Ночь, словно нефть, набухает пятном.

2.

Говорят, приезжали сюда москвичи,

Говорят - не нужно никакого Сочи,

Говорят - рыбалка здесь такая, что

Только выйдешь и...

Словно мертвая пасека,

Маленькие дома.

А внутри - лохмотья обоев,

Вывинченные лампочки,

Бутылки, пластиковые стаканы,

Одноразовые вампиры.

Говорят - была бы моя воля!

3.

Нефтяные журавлики пили досыта.

По песку на одной ножке -

Одна здесь, а другая там

Отстегнулась, потерялась.

Аукает Аленушка,

А в ответ ей сторож с волкодавом.

***

Застегивая молнию у горла,

До горизонта тянется состав.

Пейзаж в окно заглядывает голый,

От холода стесняться перестав.

На мимо пробегающем бараке

Огнеупорным красным кирпичом

Рабочие выкладывают знаки,

Когда фонарь заденет их плечом.

Там во дворе за сеткою колючей,

В непроходимой вязкой тишине,

Уже овчарка набухает тучей

И лаем разрешается во сне.

Луна висит поломанной игрушкой,

А поезд перемалывает мост.

Деревьев освежеванные тушки

Повешены зимой на крючьях звезд.

***

Боярышником на спирту

Слетела бабочка в огонь.

Краеугольный гастроном

Тебе показывает сны,

В которых он теперь - кафешка

Для двух забавных обезьянок.

Зима с изнанки - та же осень,

Сквозит в аквариума щель,

Там рыбка без воды подохла.

А ты зашел, чтоб выпить кофе

Ненастоящего, как смерть

От нерастаявшей сосульки.

***

Дом щетиною антенн,

Небо ласточками низко,

Силу черпает Антей -

Земледелец в зоне риска,

Дождь, щекочущий песок,

Вождь, сминающий фуражку,

Древа слизывает сок,

Раскачавшись на подтяжках, -

Проникает в кровь и плоть

Капельно-воздушным ходом,

В облаках перед народом

Сон пытаясь побороть.

ВТОРНИЧНЫЕ СТИХИ

1.

Ниточки летают на свету...

Слово, как известно, - воробей,

Вообще-то странненький пират:

Фенечки, наколочки, привет!

Черная жемчужина внутри,

Чем чужая женщина раз-два...

Вот и не связали пару слов,

Зацепились острыми глазами,

Фыркали, как две огромных кошки,

Искорки пускали, как в кино.

2.

В предсердие вонзился колышек,

Подкладка пиджака без крылышек.

В штанах такие облака,

Что жди грозы.

***

Дырочку в стене проковыряв,

Я увидел механизм событий.

Только мир с тех пор и стал дыряв,

Виноват я, что не говорите.

А хотел всего лишь поглядеть,

Как там случай шестеренки вертит?

В самом деле, интересно ведь,

Мне хотелось разузнать до смерти.

Но теперь с той стороны в дыру

Чей-то глаз настойчиво и строго

Наблюдает, словно кожуру

Червь проел, а мякоти не трогал.

Для чего он смотрит? Неужель,

Любопытством движимый подобным,

Он – один из многих сторожей,

И смотреть в глазок ему удобно?

***

Во всех отношеньях пора

Уже различать очертанья

Камней, составляющих зданье,

С которого даже пера

Полет - о, какое круженье, -

Скажи Галилею! - длинней,

Чем очередь прожитых дней.

Пора бы во всех отношеньях

Угадывать, чье же окно

Зажглось, а за плотною шторой

Чей профиль, вернее который,

Поскольку их два там давно.

У них есть история вроде...

Пора разобраться во всех

Уже отношениях - смех

И только, но время приходит,

И чувствуешь где-то внутри,

В печенках, что знаешь предметы...

Как в зеркало смотришь, а это

Глядят на тебя из витрин.

НА ТОМ ЖЕ МЕСТЕ

1.

В окна мордами тычутся рыбы,

Сквозь полы прорастают грибы:

Улыбайся во сне, неулыба,

Повторяя, что мы не рабы.

С красной тряпкой шныряй в помещеньях,

Где согнали с насиженных мест

Без надежды на их возвращенье

Стайку бронзово-голых невест.

В двери лезут совсем уж свиные,

За спиною стучат и гремят,

Мертво часики ходят стенные,

И у скатерти краешек смят.

Вот тогда пропадает терпенье,

Открываешь - и нет никого,

Электричества только гуденье

И звонки от себя самого.

2.

В стерильном городе сырая простыня,

В пустынном зеркале чуть-чуть холодновато,

Как будто мы теперь с тобой одна семья,

В морозном воздухе сосчитан каждый атом.

Смешное граффити на грязненькой стене,

В чернильном облаке, откуда пух и перья,

В цивильном ватнике, где лейбл на спине,

С ванильным запахом надежды и доверья.

СИТУАЦИЯ

Когда сочиняет природа

Холодное небо, когда

Линейкою нот в непогоду

Гудят о своем провода, –

Пришлют горожанам известье,

Что надобно время менять,

Усадьбы громить и поместья,

Фиту забывая и ять.

А в целом течет, как обычно,

Спокойная сытая жизнь

В заботах о счастии личном

С общественной пользой, кажись...

И как неохота на службу

Идти! А мосты, телеграф

Захватывать все-таки нужно,

У вахты ключи отобрав.

***

Больничка крепости со рвом

Надежней выдержит осаду:

Теней, гуляющих по саду,

Вергилий сторожит со львом;

Сестра глядит без выраженья

На тех, кто выбыл этим днем,

А родственники, как мишени,

Встают под проливным огнем.

Костюм спортивный сквозь халатик,

Где тело держится, знаком

С морозным воздухом в палате

Без стен с прозрачным потолком.

Как хорошо бывает с улиц

Упасть на теплую постель!

В литровых банках суп из куриц -

Прямое попаданье в цель.

***

Тмутаракань в коробке скоростей,

Салюты, как поллюции вулкана.

На праздник жди нерадостных вестей,

Отсутствие которых тоже странно

И плохо поговорке вопреки.

Подростки, насосавшиеся пива,

Круговорот свершают у реки

Затем, что это круто и красиво.

Они, как пчелы, собирают мед.

В ладошке потной звякают монетки.

Была война, но больше не придет,

А будет дождь стремительный и редкий.

***

Лето проходит, как боль и надежда, –

Мы не успели и глазом моргнуть...

Будто теперь уже поймана между

Двух перекуров на градусе ртуть.

Я говорю тебе: мы не успели.

Что же теперь горевать? – говорю.

Перелистав пол-каталога "Квелле",

Девочка ищет шампанское "Брют".

И через месяцы снежного вальса

С цириком в рваной шинельке – прощай! –

Лист пожелтевший уже оторвался

И напугал задремавших мещан.

Девочка, будет весна непременно,

Будет зеленый, как лес, городок.

Силой тебя получивший военный

Греет в ладонях озябший цветок.

Верно, и майские пьянки-гулянки

Переведут нам на праздник Христа...

Девочка с хитрым лицом обезьянки

Тянется к звездам, на цыпочки встав.